dmitry_a (dmitry_a) wrote,
dmitry_a
dmitry_a

О Мао Цзэдуне без пиетета

Уже более 36 лет прошло со дня смерти Мао Цзэдуна. Человек оставил след в истории. Глубокий след. Потому точки зрения на эту историческую фигуру на удивление разнообразны, что вызывает оживлённые дискуссии.

Ниже я попытаюсь сформулировать собственное отношение к Мао Цзэдуну. Оно основывается на общеизвестных сведениях об этом человеке, а насколько убедительна моя интерпретация фактов — судить читателям.

Мао Цзэдун в 20-е годы. © Wikimedia Commons

Мао Цзэдун с детства любил читать. Тем не менее, к получению систематического образования не стремился, хотя такие возможности имелись.1

Его очень увлекали книги, в которых описывались деяния великих исторических личностей, как китайских, так и зарубежных.

Я думаю, что именно тогда у Мао образовалась цель, к которой он последовательно стремился и которой достиг: стать правителем Китая.

Ему, изучавшему историю своей страны, было понятно, что для парня из народа единственная возможность стать правителем — это возглавить массовое повстанческое движение и свергнуть существующую власть.

Династию Цин уже свергли без его участия. И тогда он примкнул к только-только зарождавшемуся коммунистическому движению Китая.

Умный, честолюбивый и энергичный молодой человек с самого начала оказался в первых рядах китайских коммунистов. Через десяток лет Мао Цзэдун был одним из руководителей КПК. Но не первым.

После разрыва КПК с Гоминьданом между бывшими союзниками началась война. Основные силы китайских коммунистов совершили т. н. «Великий поход» и прочно обосновались в окрестностях г. Яньань. Там, в районе, контролировавшемся военными силами КПК, Мао Цзэдун безвыездно провёл несколько лет. Однако его пребывание в Яньани никак нельзя назвать отдыхом в глубоком тылу. Мао работал. Напряжённо работал над тем, чтобы стать первым. Занялся теоретической работой, создавая обоснование практики коммунистического движения в крестьянской стране. Продвигал своих единомышленников и задвигал оппонентов, венцом чему явилась кампания «чжэнфэн». Главным образом стараниями Линь Бяо в эти годы был сформирован культ личности Мао Цзэдуна среди членов КПК рядового и среднего звена.

Жизненный этап пребывания в Яньани явился самым критическим в жизни Мао Цзэдуна, из которого он вышел уже Председателем Мао.

После завершения Второй мировой войны был недолгий период перемирия с Гоминьданом, а затем гражданская война возобновилась с куда большим ожесточением, нежели в 30-е годы. США пытались убедить Чана и Мао сформировать коалиционное правительство, да и СССР (в лице Сталина, не доверявшего Мао Цзэдуну) был не против такой перспективы, но Мао Цзэдун полагал, что в новой ситуации КПК может победить.

В итоге Гоминьдан проиграл войну, хоть и не был разбит окончательно. Коммунистам осталась разорённая страна, которая и без войны была бедной и неразвитой. Спасением явилась помощь СССР. В первой половине 50-х годов с советской помощью Китай заложил основы собственной тяжёлой промышленности.

Экономическая помощь повлекла рост просоветских настроений в Китае, в том числе и в КПК. Мао Цзэдуну это очевидно не нравилось. Во второй половине 50-х он работает над тем, чтобы экономическое развитие больше ассоциировалось с усилиями самих китайцев, нежели внешней помощью. После второй сессии VIII съезда КПК (май 1958) начинается т. н. «Политика трёх красных знамён». Под «знамёнами» понимаются новая генеральная линия КПК, «Большой скачок» и «народные коммуны».

Мероприятия «Большого скачка» и насаждение «народных коммун» привели к трагическим результатам. Производство продовольствия упало до такой степени, что с 1959 по 1961 год от голода умерло 15 миллионов человек.

Нелепые с нашей точки зрения инициативы «Большого скачка» нашли одобрение председателя КПК (а может, он их самолично придумал) по причине его невежества. Мао Цзэдун, конечно, обладал природным умом. Но без систематического образования многие вещи остались вне его кругозора.

Предложение уничтожать воробьёв не могло бы исходить от человека, который представлял, что такое экосистемы и как они функционируют.

Производство стали на каждом подворье тоже нелепица. Количество выплавляемой стали может говорить об уровне экономического развития только тогда, когда сталь эта востребована экономикой, другими отраслями хозяйства. А бодро рапортовать о тоннах чугунных чушек, валяющихся никому не нужными возле примитивных плавильных печей — то же самое, что разметить шкалу спидометра «Антилопы-Гну» до 300 км/ч и хвастаться обладанием гоночной машиной.

Загоняя страну в «Большой скачок», Мао на ровном месте совершил жестокую ошибку.

Ошибка была более-менее выправлена стараниями в основном Лю Шаоци и Дэн Сяопина. Популярность этих двух членов политбюро ЦК КПК здорово возросла. Мао Цзэдуну и это не понравилось.

Следующей акцией Мао стала «Культурная революция». Внезапно возникшие по всей стране отряды хунвэйбинов стали нападать на всех, кто как-либо выражал несогласие с Мао Цзэдуном. Всё это с полного одобрения самого председателя КПК. Особенно жестоким шельмованиям подвергся Лю Шаоци. Когда над ним достаточно поизмывались хунвэйбины, он был посажен в тюрьму, где и умер в 1969 году. Дэн Сяопину тоже досталось. Пострадали и члены их семей: жена Лю Шаоци Ван Гуанмэй тоже прошла через издевательства и одиннадцать лет просидела в тюрьме, сына Дэн Сяопина Дэн Пуфана хунвэйбины выбросили из окна, после чего он навсегда остался инвалидом.

Мао Цзэдун и Линь Бяо в повязках хунвэйбинов. Наглядное доказательство, кто был главный хунвэйбин в Китае.

Политика террора неугодных продолжалась вплоть до смерти Мао.

Если «Большой скачок» был ошибкой, то «Культурная революция» стала преступлением. Хладнокровно задуманным и последовательно исполненным.

В последующем китайское руководство возложило вину за преступления «Культурной революции» на «банду четырёх». Вроде как Мао не знал, что за его спиной творили Цзян Цин, Яо Вэньюань, Чжан Чуньцяо и Ван Хунвэнь. Такая трактовка — это хорошая мина при плохой игре и на дурака рассказ. «Банда четырёх» без поддержки Мао Цзэдуна была никем. Это не они резвились за спиной Мао, а Мао стоял за их спинами.


Отдельно об отношении к СССР. Мао Цзэдун был врагом Советского Союза, причём признаки враждебности отмечались советниками Коминтерна ещё в яньаньский период. Начав тогда борьбу за власть, он постепенно избавлялся от просоветски настроенных деятелей в КПК, типа Гао Гана, Чжао Шуши, Ван Мина. Несмотря на то, что экономическая помощь СССР была необходима Китаю, Мао Цзэдун в начале 60-х годов довёл дело до разрыва, отдав таким образом предпочтение укреплению собственной власти в ущерб интересам населения. В 1969 дошло до пограничных конфликтов (Даманский и Жаланашколь). Мао также поддержал претензии Японии на Южные Курилы.


В целом, я бы охарактеризовал Мао Цзэдуна как гениального политика, который достиг максимума возможного, пробившись к вершине власти в самой населённой стране мира. Но как государственный деятель он был профнепригоден: ради собственных властных амбиций отбросил страну назад. В период своего правления он совершил такие вещи, которые до сих пор осложняют и ещё будут осложнять общественно-политическую ситуацию в Китае.

Экономический рост Китая, наблюдаемый в последние десятилетия, не имеет к Мао Цзэдуну никакого отношения. Ну разве что он не уморил в тюрьме Дэн Сяопина, как проделал это с Лю Шаоци. Что ж, и на том спасибо.

Примечание

1. По моему мнению, Мао Цзэдун не видел смысла получать классическое конфуцианское образование, которое в условиях революционных перемен было явно устаревшим; высшее профессиональное образование его также не привлекало. Позднее, когда была возможность уехать учиться в Москву, Мао оставался в Китае, чтобы не выпасть из внутрипартийной борьбы. ^

Tags: Китай, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments