dmitry_a (dmitry_a) wrote,
dmitry_a
dmitry_a

Джон Лаффин. «Убийственная мадам Вонг»

В дополнение к посту «Загадка мадам Вонг».
Мне удалось достать сентябрьский номер Wide World за 1964 год. По ознакомлении с английским оригиналом стало ясно, что русская публикация в «Вокруг света» — это скорее реферат, а не перевод статьи. Отсутствуют значительные куски текста, в том числе принципиально важные. Даже в переведённых абзацах опущены детали, на мой взгляд, очень интересные. Поэтому я вместо того, чтобы дополнить перевод советской эпохи переводом выброшенных фрагментов, решил перевести статью заново, как можно ближе к исходному тексту.
Перевод и английский оригинал размещены параллельно и сопровождаются иллюстрациями из журнала.

Когда-то она была танцовщицей. Сейчас она управляет империей пиратства и порока посредством хладнокровного террора

Убийственная мадам Вонг

Джон Лаффин

Десять тысяч фунтов за одну-единственную фотографию. Это то, что предлагают португальские полицейские в Макао. Всё, что им нужно — это одна отчётливая свежая фотография мадам Вонг. Любой, кто доставит мадам Вонг живьём, мог бы сам назвать цену — и Япония, Тайвань, Гонконг, Филиппины, Таиланд и Малайзия с радостью сложились бы на такое дело.

Предложение 10 тысяч фунтов за фотографию находится в силе с 1951 года, и несколько человек пытались получить их. Единственное, что у них получилось — это умереть. Жестокой смертью.

Португальская полиция — и любая другая полиция на Дальнем Востоке — разыскивает мадам Вонг потому, что она главный пират китайских морей. Если она будет устранена, а её организация уничтожена, пиратство, по оценкам полиции, сократится на 60 процентов.

На обширных океанских просторах и островах от Шанхая на севере до Тимора на юге и от Сиамского залива на западе до Филиппин на востоке пиратство процветает как никогда раньше.

Пиратская добыча чаще и богаче, чем в старые времена, потому что это один из самых судоходных районов мира; суда всех размеров снуют вдоль и поперёк морей: Восточно-Китайского, Южно-Китайского, Сулу, Целебесского1 и Жёлтого. В этом районе в любой день в море находится не менее 5 тысяч судов.

Бизнес столь высоко организован, что некоторые основные пираты даже имеют штаб-квартиры в Гонконге. Этот бурно развивающийся островной город на Дальнем Востоке по объёму торговли и грузообороту уступает только Нью-Йорку, Роттердаму и Лондону. Знающий человек может здесь купить всё что угодно. Американские реактивные самолёты или русское золото, чёрных женщин или белых женщин, алмазы и наркотики, оружие и информацию, услуги убийцы или паспорт.

Город сам по себе является крупным производственным центром, и отсюда идут в больших количествах часы, фотоаппараты, игрушки, одежда, инструменты и кухонная утварь. Все крупные торговые компании мира имеют офисы в сверкающих небоскрёбах на переполненных улицах Гонконга.

Фактически около 110 тысяч фирм зарегистрировано в Гонконге, и многие из них ведут сомнительные дела под руководством тёмных личностей. Бизнес в Гонконге так велик по объёму и так прибылен, что ни у кого из чиновников нет ни времени, ни желания приглядываться к деятельности какой-либо фирмы. Во всяком случае, операции большинства компаний сложны настолько, что целая команда чиновников потратит годы, чтобы разобраться в них.

Пиратам не о чем беспокоиться в Гонконге. Они учреждают офис под названием, к примеру, «Торговая компания Айвань», и никто не подозревает, что они занимаются чем-то иным кроме честного бизнеса. Однако в их функции входит сбор информации о движении судов и их грузе, планирование действий по освобождению судна от загрузки, поиск рынка сбыта похищенных товаров.

Once she was a dancing girl. Now she rules an empire of piracy and vice — by cold-blooded terror

The Murderous Madame Wong

by John Laffin

Ten thousand pounds for a single photograph. That's what the Portuguese police in Macao are offering. All they want is one clear, up-to-date picture of Madame Wong. Anybody who delivers Madame Wong in person could name his own price — and Japan, Formosa, Hong Kong, the Philippines, Thailand, and Malaysia would gladly contribute to it.

The £10,000 offer for a photograph has been standing since 1951 and several men have attempted to win it. All they succeded in doing was dying — brutally.

The Portuguese police — and every other police force in the Far East — want Madame Wong because she is the chief pirate of the China Seas. With her out of the way and her organization destroyed, the police estimate that piracy would be cut by sixty per cent.

In the vast area of ocean and islands from Shanghai in the north to Timor in the south and from the Gulf of Thailand in the west to the Philippines in the east piracy is flourishing as it never did before.

The pickings are richer and more frequent than in the old days, for this is one of the busiest shipping areas of the world — ships of all sizes criss-cross the East and South China Seas, the Sulu, Celebes and the Yellow Seas. On any one day no fewer than 5,000 ships are at sea in this region.

The business is so highly organized that some leading pirates even have headquarters in Hong Kong. This island city is the boom town of the Far East, outstripped in trade and shipping tonnage only by New York, Rotterdam and London. Here, if a man knows the ropes, he can buy anything. US jet planes or Russian gold, black women or white women, diamonds and drugs, weapons and information, an assassin or a passport.

In its own right the city is a major manufacturing centre and from it go vast quantities of watches, cameras, toys, clothing, engineering tools and cutlery. In its crowded streets and gleaming skyscrapers every major trading company in the world has an office.

In fact, 110,000 firms are registered in Hong Kong and many of them carry on dubious activities under dubious principals. The volume of business is so great and so profitable that no official has much time or inclination to bother about looking into any firm's activities. In any case, the functions of most companies are so complex that a whole battery of officials would spend years trying to sort them out.

Pirates have nothing to worry about in Hong Kong. They set up an office under the name, perhaps, of the Aiwan Trading Company and nobody suspects them of being other than honest business men. But their functions are to get information about shipping movements and cargo, to plan how to relieve a ship of its freight and to find a market for the stolen goods.

В Гонконге происходит всё что угодно — от пиратства до уличной продажи наркотиков. Это двое из 200 000 наркоманов колонии

In Hong Kong anything goes — from piracy to dope peddling. Those two are among the colony's 200,000 drug addicts

Мировая история делается в Гонконге. Здесь устроили свои центры глобальные шпионские сети, фабрикуется пропаганда и фальшивые паспорта. Отряды убийц работают из Гонконга, потому что из него легко выехать и легко приехать, и в нём легко спрятаться.

Пиратство в китайских морях существовало в изобилии тысячу лет, но когда королевский флот господствовал в дальневосточных водах в славные времена Британской Индии, оно радикально сократилось. Оно сократилось ещё больше во время войны, потому что единственным видом судоходства остались военные перевозки, а также потому что японцы, контролировавшие регион, рубили головы команде любого судна, хотя бы похожего на пиратское.

Тем не менее, один пират умудрился вполне успешно промышлять и во время войны. Это был Вонг Кунг-кит2, чиновник националистического правительства Китая. Никто не знает, откуда Вонг взял стартовый капитал, но когда он в 1940 году решил оставить государственную службу и начать пиратский бизнес, денег и имущества у него было много. С собой он взял молодую красивую жену Шан, которая до брака с ним в 1939 году была танцовщицей ночного клуба в Кантоне.

Добыча бывала довольно небогатой, но Вонг зарабатывал не только на пиратстве, но и на таких его неизбежных спутниках, как грабежи, шантаж, шпионаж и убийства. К 1946 году он сколотил состояние примерно в 10 миллионов фунтов, и мадам Вонг стала вести шикарную жизнь.

Когда война закончилась, судоходство вернулось в китайские моря, а с ним увеличилось количество военных судов. Британские, американские, французские и португальские корабли были повсюду. Британские и французские власти особенно ясно понимали, что пираты будут привлечены послевоенным оживлением морских перевозок, и решили искоренить их до того, как те слишком обнаглеют.

Применённые ими меры были столь эффективны, что Вонг предпочёл забыть о нападениях на большие суда и сосредоточился на джонках.

Как-то ночью в декабре 1946 года Вонг получил донесение о приближении к Гонконгу трёх джонок с грузом. Он вышел в море на трёх больших катерах и взял джонки на абордаж. Это оказался самый большой сюрприз в жизни Вонга. Команды джонок состояли из морских пехотинцев с боевым опытом.

После двадцати минут боя Вонг, уже раненый, понял, что проиграл. Он сбежал на маленькой моторной лодке, но на берегу неподалеку от Янцзяна3 попал в руки коммунистического партизанского командира. Его передали португальской полиции в Макао за 20 тысяч патак. Двумя днями позже Вонг пытался бежать, и снова был подстрелен. Он испустил дух в сточной канаве.

Его поражение, пленение и смерть наделали много шума на Дальнем Востоке, и все ожидали распада его империи.

В течение нескольких дней прошёл слух, что мадам Вонг забрала бизнес в свои руки. Поначалу новость была воспринята с юмором. Во-первых, потому, что мадам всё ещё воспринималась легкомысленной красивой танцовщицей, во-вторых, практически невозможно, чтобы китайская женщина командовала мужчинами.

Двое главных подручных Вонга решили, что полноправными наследниками пиратского бизнеса являются они, а не мадам Вонг. Они пришли к мадам сказать, чтобы убиралась — и она застрелила обоих. С тех пор никто не спорил с ней.

Из своей штаб-квартиры на острове у восточного побережья полуострова Лэйчжоу мадам Вонг принялась строить из пиратства в китайских морях большое успешное предприятие. Несмотря на противодействие флотов четырёх стран, успех сопутствовал ей с самого начала.

Она пошла дальше простых нападений на суда в море. Она нападала на суда в гавани; она даже крала товары со складов в больших количествах. В то время французы всё ещё владели Индокитаем и слали большие партии грузов в опустошённый войной регион, стоявший на пороге борьбы за независимость. Мадам Вонг отправляла свои лодки в набеги вверх по Красной реке до Ханоя и по Меконгу до Сайгона.

В период пиратского затишья она отправила людей на плоскодонной барже с паровой лебёдкой вытаскивать по ночам подводный кабель резервной связи между Гонконгом и Сингапуром. Медь и сталь из кабеля были проданы на чёрном рынке за большие деньги.

World history is being made in Hong Kong. Here, global espionage networks have established centres, and propaganda and passport mills operate. Assassination squads work from Hong Kong because it is so easy to get in and out of the place and so easy to hide in it.

Piracy has been rife in the China Seas for a thousand years, but when the Royal Navy ruled Far Eastern Waters in the great days of the British Raj it was drastically curtailed. It was cut down even more during the war because the only shipping was military transport and because the Japanese, who then controlled the area, beheaded the crew of any ship which just looked like a pirate craft.

Still, one pirate managed to do quite well even during the war. He was Wong Kungkit, an official of the Chinese Nationalist Government. Where Wong got his initial capital nobody knows but he had plenty of it and plenty of baggage when, in 1940, he decided to leave government employ and set up in business as a pirate. He took with him his young and pretty wife, Shan, who had been a Canton night club dancer when he married her in 1939.

The pickings were fairly lean, but Wong prospered not only from piracy but its inevitable sidelines, such as looting, blackmail, espionage and murder. By 1946 he had amassed a fortune estimated at £10 million, and Madame Wong had become used to expensive living.

Once the war was over the shipping came back to the China Seas, and with it an increase in naval craft. British, American, French and Portuguese warships were everywhere. The British and French authorities in particular realised that the war-relief ships would attract pirates, and they determined to stamp them out before they became too confident.

The measures they used were so effective that Wong had to forget about attacking the bigger ships and to concentrate on junks.

One night in December 1946, Wong received a report that three laden junks were approaching Hong Kong. He put to sea in three large launches and grappled on to the junks. Wong had the surprise of his life. The junks were manned by battle-tested Marine commandos.

After a twenty-minute fight Wong, by then wounded, knew he had lost. He escaped in a small motor boat, but fell into the hands of a Communist partisan chief on the mainland near Yeungkong, and was handed over to the Portuguese police in Macao for 20,000 patacas. Two days later Wong tried to escape and was again shot. He died slowly in a gutter.

His defeat, capture and death made big news in the Far East and everybody expected his empire to break up.

Within days the word went around that Madame Wong had taken over the business. At first the news was treated humorously; for one thing Madame was still regarded as a simple-minded if beautiful dancer. For another, it was virtually impossible for a Chinese woman to gain dominance over men.

Two of Wong's chief lieutenants decided that they and not Madame Wong were the rightful inheritors of Wong's piracy business. They went to see Madame to tell her to get out — and she shot them both dead. After that nobody argued with her.

With her headquarters on an island off the eastern coast of the Luichow Peninsula, Madame Wong set about building China Seas piracy into a great and successful enterprise. Despite the counter activities of four navies she prospered from the beginning.

She went much further than merely raiding ships at sea. She raided them in harbour; she even stole vast quantities of goods from warehouses. At this time the French were still in control of Indo-China and they were shipping in large stocks of goods to the area which had been ravaged by war and was now about to fight for independence, Madame Wong sent her boats on forays up the Rouge River to Hanoi and up the Mekong to Saigon.

At one period when piracy was quiet she sent out men in a flat-bottomed barge equipped with a steam winch to haul to the surface each night great lengths of the underwater reserve сable between Hong Kong and Singapore. The copper and steel was stripped off and sold at big prices on the black market.

Патруль остановил и обыскивает джонку у берегов Макао. Пираты мадам Вонг могут использовать множество судов — от джонок до торпедных катеров

Off Macao, a junk is stopped and searched by a patrol. Madame Wong's pirates may operate in a host of crafts — from junks to torpedo boats

Её первой большой акцией на море стало нападение на голландский пароход «Ван Хойц». На семи джонках она следовала за судном, шедшим из Кантона в Сватоу. Тёмной ночью высадилась на голландца, разбила радиостанцию и оставалась на борту пятнадцать часов, пока груз перемещали на джонки.

Всем пассажирам было приказано собраться в салоне, где их сумочки и карманы были обысканы. Всего она унесла с собой награбленного на 400 тысяч. Никто не пострадал во время налёта и никто из членов экипажа не увидел мадам Вонг кроме как в виде тёмного силуэта.

Иногда она сама возглавляла налёты, и в этих случаях демонстрировала, насколько может быть безжалостной.

Однажды в марте 1951 года два её торпедных катера, украденные у японцев в период их разгрома, остановили португальский сухогруз «Опорто» в 4000 тонн водоизмещения, приписанный к Макао. Мадам Вонг ненавидела португальцев, так как винила их в смерти мужа больше, чем британцев.

Она выстроила 22 члена команды и прошлась перед ними. Стройная и элегантная, она держала мундштук пальцами с длинными ногтями, на поясе у неё были два револьвера. На ней были брюки и блузка, а также французская флотская фуражка, диссонировавшая с бриллиантовыми серьгами в форме звёзд.

Она сказала пленникам через переводчика: «Посмотрите на меня хорошенько — хорошенько посмотрите. Вы меня хорошо запомнили?» Она заставила португальцев одного за другим признать что да, запомнили.

«Очень плохо. Я не могу оставлять людей, которые помнят меня. Я должна буду вас убить». И она убила, самолично. Людей заставили по одному идти по доске, и пока они шагали, мадам Вонг стреляла в них.

История эта стала известной потому, что помощник капитана некоторое время оставался жив. Пираты бросали за борт ящики и вещи, которые им не были нужны, и раненому помощнику удалось уцепиться за доску, с которой его спас португальский эсминец, прибывший слишком поздно для эскортной миссии.

Помощник умер через несколько дней, и его описание, даже сегодня,остаётся самым надёжным словесным портретом, хотя в Гонконге ещё имеется сделанная в 1939 году бесполезная расплывчатая фотография мадам времён её танцевальной карьеры. К несчастью, описание помощника подходит к миллионам китайских женщин.

В 1951 году стало ясно, что большая часть пиратского рэкета идёт в нежные наманикюренные ручки мадам Вонг. Некоторые мелкие деятели примкнули к ней добровольно, других она подчинила угрозами или силой.

Считается, что мадам ответственна за крупнейший акт пиратства в том году — высадку на британский торговый пароход «Мэллори» водоизмещением 5000 тонн, проходившего Тайваньским проливом. Джонка встала на пути «Мэллори» и капитан приказал остановиться, чтобы не протаранить её. Джонка подошла к борту, и в считанные мгновения на пароход вскарабкалось около двадцати пяти человек.

Китайцы, корейцы, тайваньцы и маньчжуры, они были вооружены современными американскими пистолетами-пулемётами, и их командир говорил на безупречном английском. Несколько часов они переносили награбленное из трюмов «Мэллори» на джонку. На потрёпанном флаге джонки были восемь синих звёзд на красном фоне, солнце, серп и молот, эмблема китайских националистов.

В августе 1951 года британское пароходство в Гонконге под названием «Дальневосточная компания» получила такое письмо: «Ваше грузовое судно, отправляющееся 25 августа, будет атаковано. Если вы отложите отправление, нападение будет соответственно отложено. Вы можете обеспечить безопасность судна, заплатив 20 000 гонконгских долларов». В записке содержались инструкции, как уплатить деньги.

Пароходство заплатило, отчасти потому, что все наличные корабли королевских ВМС были заняты в Корейской войне, главным же образом потому, что сочло это самым лёгким выходом. Другие компании в Гонконге, Кантоне, португальском Макао, Сайгоне и даже в Сингапуре также получили такие записки.

Британская морская полиция в Гонконге полагает, что доходы, получаемые пиратами таким способом, составляют около 150 миллионов гонконгских долларов в год. Мадам Вонг получает большой кусок от этих денег.

В следующем году пятнадцать пиратов, попавшие на борт под видом пассажиров, захватили паром «Конг Фейт», ходивший между Гонконгом и Кантоном, собрали 280 000 долларов наличными и скрылись.

Во время Корейской войны американцы, раздражённые потерями военных грузов от пиратства, направили разведывательную группу для действий из Гонконга. Попытка была хуже, чем бесполезна, так как пираты, проявив тонкое чувство юмора, угнали один из американских патрульных катеров, и его больше никто не видел.

Нет доказательств, что этот угон организовала мадам Вонг, но вероятнее всего, это так.

Постоянно сообщалось, что мадам Вонг посещает Макао, Гонконг, Сингапур и даже Токио не только для сбора информации и встреч с клиентами, но и для азартных игр, являющихся её единственной слабостью.

Полиция Макао была уверена, что мадам Вонг часто наведывается на остров поиграть в многочисленных роскошных игорных домах, однако выделить её из множества богатых китаянок в Макао оказалось безнадёжно.

Это привело португальцев к решению объявить, что они заплатят эквивалент 10 000 фунтов за недавнюю фотографию мадам Вонг. На Дальнем Востоке за такие деньги могут убить собственную жену и детей, не то что сделать фотоснимок.

Не прошло и месяца, как начальник полиции Макао получил пакет, внутри которого оказался другой пакет с надписью: «Эти фотографии заинтересуют вас, так как они касаются мадам Вонг».

Он в предвкушении вскрыл внутренний пакет и достал фотографии... На них были два человека, убитые и расчленённые с дьявольской жестокостью, с припиской, что их поймали при попытке сфотографировать мадам Вонг.

Несмотря на эту казнь, ещё несколько человек, включая греческого журналиста, пытались получить изображение мадам. Все были убиты.

Труп грека был прислан в ящике из-под чая греческому консулу в Сингапуре. Предложение 10 000 фунтов всё ещё действительно, однако португальцы оставили надежду когда-нибудь их выплатить.

В 1952 году, когда президент Эйзенхауэр снял морскую блокаду ООН с коммунистического Китая, и тем самым поощрил китайских националистов начать рейды коммандос на материк с баз на Формозе, мадам Вонг и другие удачливые пираты стали союзниками коммунистов. Коммунисты пообещали пиратам финансировать их акции против Запада и хорошо платить за шпионаж, определённые военные грузы, саботаж и похищения людей.

Ещё более важно, что пираты могли иметь постоянные защищённые базы в континентальном Китае. Договорённость остаётся в силе, и никто из пиратов не извлёк из этого больше выгоды, нежели мадам Вонг. Считается, что её нынешняя база находится в Путяне4, в вершине большой гавани с двумя хорошо охраняемыми мысами, куда иностранному военному кораблю невозможно зайти без согласования на высоком уровне или без провоцирования международного инцидента.

Связи с коммунистами дали мадам Вонг и другим пиратам более широкий рынок для похищенных товаров; у коммунистического Китая ненасытные аппетиты. Фантастично, что товары, захваченные пиратами в китайских морях, появляются в таких дальних краях, как Бомбей, Каир, Кейптаун.

Организация мадам функционирует столь хорошо, что она редко участвует в операциях. Сейчас главными жертвами её классического пиратства являются процветающие японцы, однако основные её политические и экономические интересы сосредоточены в Гонконге, Макао, Сингапуре и Маниле.

Не так давно пароходной компании «Куангси» предложили «защиту» за 150 000 долларов в год. Компания отказалась. Вскоре после этого в десяти футах от одного из судов «Куангси» взорвалась морская мина, разрушив генераторы и повредив рулевое управление. Несколькими ночами позже другая мина взорвалась в протоке Тай Шек5, повредив другое судно «Куангси» и убив семнадцать пассажиров и членов команды.

Британские, американские, большие китайские компании давно защищают мостики своих судов листовой сталью, колючей проволокой и пулемётами, но так как кочегары и экипаж в основном китайцы, эти меры не очень эффективны, если пираты уже на борту под видом лояльных кули.

Большие океанские суда, особенно круизные и вообще пассажирские лайнеры, подвергаются нападениям очень редко. Нужна большая команда пиратов, чтобы захватить, контролировать и обыскать большое судно; слишком много времени будет затрачено при скудном финансовом результате, да и налёт на большое судно может вызвать серьёзную реакцию со стороны военных.

Her first big coup at sea was her attack on the Dutch steamer Van Heusz. With seven junks she followed the ship, which was going from Canton to Swatou, and on a dark night boarded the Dutchman, destroyed the radio, and stayed aboard for fifteen hours while she had its cargo transhipped.

Every passenger was ordered into the saloon, where handbags and pockets were searched. In all, Madame escaped with loot valued at £400,000. Nobody was hurt during this raid and no member of the crew saw more of Madame than her shadowy outline.

Sometimes she led a raid herself, and on these occasions she showed how ruthless she could be.

Once, in March 1951, two of her boats — motor torpedo boats stolen from the Japs in the depths of their defeat — stopped the Portuguese freighter Oporto, 4,000 tons, bound for Macao. Madame Wong hated the Portuguese, for she blamed them rather than the British for her husband's death.

She had the crew of twenty-two lined up and then she paraded in front of them. Slim and elegant, she held a cigarette holder in long-nailed fingers and wore two revolvers at her waist. She wore trousers and a blouse with a French naval cap incongruously set above star-shaped ear-rings encrusted with diamonds.

Through an interpreter, she said to the captives, “Take a good look at me — a good look. You will remember me well?” One by one she forced the Portuguese to admit that, yes, they would remember her.

“Too bad,” she said. “I cannot have people remember me. I will have to kill you.” And she did, personally. One by one the men were made to walk a plank and as they walked it Madame Wong shot them.

The story is known because the mate of the ship survived for a time. The pirates were throwing overboard cases and gear they did not want and the wounded mate managed to clutch a plank, from which he was rescued later in the day by a Portuguese destroyer which had arrived belatedly for escort duty.

The mate died a few days later and his description, even today, is the only reliable one on record, although in Hong Kong is a useless, hazy 1939 photograph of Madame in her dancing days. Unfortunately, the mate's description could be that of a million Chinese women.

It was obvious in 1951 that much of the piracy racket was passing into Madame Wong's delicate, beautifully manicured hands. Some smaller operators voluntarily joined forces with her; others she took over by threats or force.

Madame was believed to be responsible that year for a major act of piracy — the boarding of the British ship M.S. Mallory, 5,000 tons, as she was passing through Formosa Straits. A junk got in front of the Mallory and short of running it down the Mallory's captain had to stop. The junk swung alongside and in moments about twenty-five men had swarmed aboard her.

Chinese, Koreans, Formosans and Manchurians, they were armed with modern American machine-guns and their leader spoke flawless English. Within a few hours they had transferred the pickings of the Mallory's cargo to the junk. The junk flew an old flag — eight stars in blue on a red background; a sun, a hammer and sickle and the emblem of the Chinese nationalists.

In August 1951 a British shipping line in Hong Kong, the Far East Company, received this letter. “Your freighter due to depart on August 25 will be attacked. Should you postpone departure the attack will correspond with the change. You can ensure the ship's safety by payment of 20,000 Hong Kong dollars.” And the note gave directions about how the money was to be paid.

The shipping company paid up, partly because all available ships of the Royal Navy were engaged in the Korean War, mainly because they thought it was the easiest way out. Other companies in Hong Kong, Canton and Portuguese Macao, Saigon and even Singapore also received such notices.

British Naval Police in Hong Kong estimate that pirates' takings in this way now total about 150 million Hong Kong dollars a year. Madame Wong gets a big slice of it.

The next year fifteen pirates posing as passengers took command of the Kong Fate, running between Hong Kong and Canton, collected 280,000 dollars in cash and escaped.

During the Korean War, the Americans, exasperated by losses of military material to the pirates, sent an Intelligence team to operate from Hong Kong. The effort was worse than useless, for pirates, with fine sense of humour, stole one of the American patrol boats and it was never seen again.

No proof exists that Madame Wong engineered this theft but it seems likely.

It was continually reported that Madame Wong frequently visited Macao, Hong Kong, Singapore and even Tokyo, not only to get information and to see clients but to gamble, for this it seems her only weakness.

The Macao police were sure that she frequently visited the island to gamble in its many 1ush gambling dens, but trying to single her out from the many wealthy Chinese women in Macao was hopeless.

This led the Portuguese to spread the word that they would pay the equivalent of £10,000 for an up-to-date photograph of Madame Wong. In the Far East this amount is inducement enough for a man to murder his wife and children, let alone take a photograph.

Within a month the Portuguese police chief in Macao received a packet which, when opened, contained another packet on which was written: “These photographs will interest you as they concern Madame Wong.”

He opened the inner packet excitedly and took out the photographs... They were of two men murdered and dismembered with diabolical cruelty, together with the information that they had been caught trying to photograph Madame Wong.

Despite this punishment several other people, including a Greek journalist, have tried to take Madame's picture. All have been killed.

The corpse of the Greek was delivered in a tea chest to the Greek consul in Singapore. The £10,000 offer still stands, but the Portuguese have given up hope of ever having to pay it.

In 1952, when President Eisenhower removed the UN Naval blockade on Communist China and then encouraged the Chinese Nationalists to begin commando raids against the mainland from their bases in Formosa, Madame Wong and all other efficient pirates became allies of the Communists. The Communists told the pirates they would finance their activities against the West and pay well for espionage, certain kinds of military goods, sabotage and for kidnappings.

Even more importantly, the pirates could have permanent, secure bases on the Chinese mainland. The arrangement still stands and no pirate has done so well out of it as has Madame Wong. Her present operating base is believed to be at Putien, at the head of a large harbour with well-guarded headlands, which no foreign naval ship could possibly enter without a major engagement or without causing an international incident.

Connection with the Communists has also given Madame Wong and the other pirates a bigger market for stolen goods; Communist China has an insatiable appetite. Fantastically, goods stolen by pirates in the China Seas have been known to turn up as far away as Bombay, Cairo and Cape Town.

Madame's organization functions so well that she rarely takes part in an operation. These days the prosperous Japanese are her main victims in straight-forward piracy, but her political and commercial interests are mainly in Hong Kong, Macao, Singapore and Manila.

Not long ago the Kuangsi Shipping Company was offered “protection” for 150,000 dollars a year. The company refused. Soon after this a sea mine exploded about ten feet from a Kuangsi ship, destroying dynamos and wrecking steering-gear. a few nights later another mine exploded in Taishek Passage, damaging another Kuangsi ship and killing seventeen passengers and crew.

British, American and the big Chinese companies have long defended the bridges of their vessels with steel plate, barbed wire and machine guns, but as stokers and crew are mostly Chinese these precautions are not fully effective if pirates are already aboard posing as loyal coolies.

Still, the big overseas ships are rarely bothered, especially cruise ships and passenger liners generally. A big ship needs a big pirate crew to capture, control and search; too much time is involved for insufficient financial recompense and an attack on a big ship could provoke serious naval consequences.

Империя мадам Вонг охватила Восток — и в ней процветает тайный мир порока. В притоны, такие как этот, обнаруженный в Сингапуре, она продаёт опиум

Madame Wong's empire girdles the East — and in it thrives an underworld of vice. To dens like this, uncovered in Singapore, she sells opium

Пираты целятся на грузовые суда, большие и малые. Лучшими охотничьими угодьями для них сейчас являются Восточно-Китайское море, с судами, следующими из Японии и обратно, Тонкинский залив и Сиамский залив, полные малых посудин, зона от Сингапура до Джакарты, и Филиппинский архипелаг из 7 тысяч островов.

В июне 1962 года вице-президент Филиппин Эммануэль Пелаес устроил приём на своей вилле в Кесон-Сити рядом с Манилой. Среди двух сотен гостей была дорого одетая китаянка мадам Сенкаку, которая большую часть вечера делала большие ставки в карточной игре. Заинтригованный спокойствием гостьи, сеньор Пелаес заметил: «Вы играете так хладнокровно и ставите так много, словно вы мадам Вонг».

«Это я и есть», — непринуждённо ответила дама — «Сенкаку мой псевдоним».

Все вежливо посмеялись. Через неделю Пелаес получил короткое письмо из Макао. «Спасибо за прекрасный вечер. (Подпись) Мадам Вонг-Сенкаку. Да, настоящая мадам Вонг».

Пелаес выяснил, что в действительности мадам Сенкаку не существовала, и отправил описание женщины в Интерпол. Несколько гостей также описали её. Интерполу от этого не было никакой пользы: все описания отличались друг от друга.

История её визита в вице-президентский дворец, получив огласку в высшем свете Дальнего Востока, заставила других устроителей приёмов гадать, не развлекали ли и они мадам Вонг, сами того не зная. Это вполне вероятно, потому как известно, что мадам владеет в разных местах домами, записанными на разные имена. Так как любая одинокая обеспеченная дама сорока лет может попасть под подозрение, считают, что один из её помощников изображает мужа в случае необходимости. Но кроме игры на публику ничего более ему не дозволяется, так как, по-видимому, она сейчас не проявляет интереса к мужчинам.

Говорят, что она ненавидит женщин, и полагают, что она имеет контроль над множеством борделей просто потому, что ей нравится наблюдать деградацию других женщин. По этой же причине она занимается торговлей белыми рабынями, процветающей сейчас точно так же, как во времена Французского Индокитая.

Неизвестно, сколько человек работает на мадам Вонг. Британские власти в Гонконге говорят, что около трёх тысяч. Португальцы утверждают, что не менее восьми тысяч, плюс множество информаторов. Японцы заявляют, что её флот составляет 150 крупных и малых судов.

В мае прошлого года японцы считали, что вот-вот получат важную информацию о мадам, когда человек, известный как её главный помощник, условился о встрече с таможенной полицией в Кобе.

Он не пропустил встречу — но у него оказались отрублены руки и отрезан язык, так традиционно поступали в Китае с предателями. Он жил ещё несколько недель, но, конечно, не смог ничего сообщить ни письменно, ни устно.

По слухам, прошлым летом мадам побывала на Французской Ривьере, и я выяснил, что «богатая уверенная в себе китаянка с молчаливым мужем» были в Монте-Карло в прошлом августе.

Дама крупно проигралась в казино. Для мадам Вонг непривычно проигрывать, но даже гигантский проигрыш вряд ли нанесёт ущерб её банковскому счёту.

Мадам кажется неуязвимой, и так как ей только сорок три, она могла бы оставаться в активном бизнесе ещё многие годы. Она действует так долго, что на Дальнем Востоке уже воспринимается как данность.

По крайней мере одна страховая компания упоминает её в своих судовых полисах, заявляя отказ от компенсации «за содеянное Богом и мадам Вонг». Уникальная честь для безжалостной женщины.

The pirates are after the freighters, big and small. Their best hunting grounds are now the East China Sea, with ships heading to and from Japan, the Gulfs of Tongking and Thailand, which are alive with small ships, from Singapore south to Djakarta and around the 7,000 islands of the Philippines.

In June 1962 Emmanuel Pelaez, vice-president of the Philippines, presided over a party at his luxury home in Quezon City, adjoining Manila. Among the two hundred guests was an expensively-dressed Chinese, Madame Senkaku, who spent most of the evening playing cards for big stakes. Senor Pelaez was intrigued by his guest's calm manner and said, “You play cards so cold-bloodedly and for such big money you could be Madame Wong.”

“I am,” the lady said casually, “Senkaku is my nom de guerre.”

Everybody laughed politely. A week later Pelaez received a brief note posted from Macao. “Thank you for the delightful evening. (Signed) Madame Wong-Senkaku. Yes, the real Madame Wong.”

Pelaez found that there was no genuine Madame Senkaku and sent a description of the woman to Interpol and had several other guests write a description; Interpol was no better off; for no two descriptions matched.

The story of her visit to the vice-presidential palace, once it made the rounds of Far Eastern society, has made other hosts and hostesses wonder if they, too, had unwittingly entertained Madame Wong. It seems very probable, for Madame, under different names, is known to have homes in several places. Since suspicion would attach to any prosperous single lady in her early forties, she is believed to have one of her lieutenants pose as her husband whenever necessary. But pose is all he would be permitted to do, for apparently Madame now has no emotional interest in men.

She is said to hate women and is believed to have controlling interests in a number of brothels, merely because she enjoys seeing other women degraded. For this reason, too, she has engaged in the white slave traffic, which is flourishing as much now as it did when the French controlled Indo-China.

How many men Madame employs is not known. The British authorities in Hong Kong say “about 3,000”. The Portuguese say “not less than 8,000, plus numerous informers”. The Japanese say she has a fleet of 150 ships and boats.

In May last year the Japanese thought they were going to get vital information about Madame, when a known leading lieutenant of hers made an appointment to see Customs Police in Kobe.

He kept the appointment, too — but he had both hands cut off and his tongue cut out, old Chinese treatment for traitors. He lived for some weeks but was unable to pass on any information because, of course, he could neither speak nor write.

According to rumour Madame Wong spent some time on the French Riviera last summer, and I know from my own researches that a “wealthy, self assured Chinese lady and her quiet husband” were in Monte Carlo last August.

The lady lost heavily at the casino. It would be unusual for Madame Wong to lose, but even a mammoth loss would hardly make a dent in her bank account.

Madame seems invulnerable and as she is still only forty-three she could stay in active business for a long time yet. She has already operated for so long that she is an accepted fact of life in the Far East.

Certainly, at least one insurance company writes her into its shipping policies, declining to pay compensation “for acts of God and Madame Wong”. It's a unique tribute to a ruthless woman.

Часовой у клуба в Коулуне во время полицейской облавы. Полиции надо быть быстрой. У мадам Вонг широкий круг осведомителей

Guard outside a Kowloon club during a police raid. They must move swiftly. Madame Wong has a vast spy ring

Перевод Дмитрия Алемасова

Примечания

1. Целебесское море ныне принято называть морем Сулавеси. Я посчитал, что лучше использовать норму, действовавшую в отечественной картографии на момент написания статьи (1964 год). ^

2. Я транслитерировал написание фамилий, имён и иных названий китайского происхождения с английского текста, не приводя к нормам пиньинь и транскрипции Палладия, так как их иероглифическое написание мне неизвестно. В английском тексте они, как я уверен, даны близко к гуандунскому звучанию. ^

3. Янцзян — 陽江/Yangjiang/Yeungkong, город в пров. Гуандун, примерно в 100 км западнее Макао. ^

4. Путянь — 莆田/Putian/Putien, город в пров. Фуцзянь на берегу Тайваньского пролива. ^

5. Тай Шек (Taishek) — в меру своих зачаточных познаний в гуандунском диалекте полагаю, что в иероглифическом виде это может быть 大石/Dashi (большой камень). На карте Гонконга этого топонима нет. Однако такое наименование есть в Гуанчжоу на Жемчужной реке. ^

Tags: Гонконг, Китай, Макао, Сингапур, Тайвань, мадам Вонг, пиратство, тени прошлого
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments